Мама

Опубликовано 5 ноя 2019 в 13:59
19 просмотров
22 голоса

Матушова Т.

Так случилось, что два разных человека рассказали мне две разные истории – каждый свою. Эти истории – на одну тему…Сейчас вы поймёте, почему.

История первая. Изложу её от первого лица – так проще.

- Я был единственным сыном у матери. Отец мой умер рано, я его помнил смутно. Мать стала для меня главным человеком в жизни, я ходил за ней хвостиком, очень скучал, когда она была на работе. У нас с ней был такой ритуал: когда мама уходила на дежурство, я влезал на подоконник и махал ей рукой, пока она шла до калитки. Часто бывало так, что мама ещё не успевала выйти из дома, надевала пальто или прихорашивалась перед зеркалом в прихожей, а я уже был на своём «посту» - на подоконнике – и ждал, когда в окне появится её фигурка (мама была очень худенькая, маленького росточка) и я помашу ей рукой. Мама никогда не читала мне нотаций, не наказывала за детские шалости, не прогоняла моих друзей, когда они шумной ватагой – босые – вваливались в наш дом. Мама кормила их обедом, разговаривала с ними на равных, и они любили у нас бывать. А я отчаянно гордился своей мамой! Жили мы небогато, у нас поздно появился телевизор, у меня в детстве не было велосипеда, но мама покупала мне книжки, и в книжном магазине мы с ней были частые гости. У нас в селе был очень хороший книжный магазин – думаю, его многие, как и я , вспоминают с ностальгией, и продавцов, которые там работали…

Мы ходили на речку, мама научила меня плавать, нырять с крутого берега. Любили лес. Мама собирала чернику, а я – маленький – веточкой отгонял от неё комаров.

Всё это я рассказываю, чтобы вы поняли, какой была моя мама и кем она была для меня…
В армию нас, призывников, отправляли от военкомата. Народу, как это в те годы было, собралось много: родители ребят, друзья, одноклассники, соседи, родственники…Матери плакали, обнимали сыновей; некоторые чуть ли не голосили. Мы с мамой стояли в сторонке, под раскидистым деревом. Моя мама…улыбалась! Мы разговаривали о всяких пустяках, как обычно, словно и не ждала нас долгая разлука и неизвестность. Некоторые женщины смотрели на нас с удивлением и даже с осуждением. А когда пришло время садиться в автобусы, я сорвал с ветки листочек и протянул маме, как бы на память.

Прошло два года. Я вернулся домой. Вернулся немного другим человеком – взрослым, узнавшим, что такое настоящая мужская дружба, взаимовыручка и что такое настоящая тоска по родному дому.
Когда мы с мамой сидели за праздничным – по случаю моего возвращения – столом, я не удержался и спросил:

- Мам, а почему тогда, у военкомата, все плакали, а ты улыбалась?
- Разве я могла допустить, чтобы ты с тяжёлым сердцем ехал, а потом мои слёзы вспоминал?
…А листок с того тополя мама сохранила.

История вторая, ещё более давняя. 30-е годы…Жила в одном из районов области семья, и неплохо жила, потому что не покладая рук трудилась. Наёмных работников не держали, и всё же на членов семьи смотрели косо: куркули! А в сельсовете работал писарем их дальний родственник, молодой парень. И однажды он сообщил родным, что на следующий день главу семьи арестуют как злостного кулака – пришла бумага из района, он видел её своими глазами…
Что делать, как поступить? Спать не ложились – сидели за столом, думали. Наконец, старенькая бабушка скомандовала сыну:

- Так, Василий, запрягай-ка Орлика, поезжай в Дубовку, на торфоразработки. Там, люди говорят, рабочие руки нужны, паспортов не спрашивают – затеряешься и переждёшь лихую годину.

Так и порешили. Уехал отец, и не нашли его…Прошло сколько-то времени – может, год, а может, и больше.От отца не было никаких вестей. Как-то мать пришла с работы сама не своя: «добрые» люди ей поведали, что её Васька на торфоразработках сошёлся с какой-то солдаткой…Сначала мать плакала по ночам в подушку, а потом перестала. Стали жить дальше…Наступила зима – вьюжная и снежная. Январским вечером – младшие дети уже спали, а старший не спал и всё видел – отворилась дверь, и вошёл человек. Это был отец! Мать в этот момент сидела за столом. Не вскрикнула, не заплакала, смотрела на него молча и ждала.

- Примешь ли меня, Устинья? – спросил отец хриплым голосом.
- Проходи, раздевайся, - ровным голосом проговорила мать. – Картошка ещё горячая.

Вот такие они, русские женщины.